Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

С Днем победы, Абхазия !!!

21 год как закончилась война. За это время было столько встреч, и в Абхазии, и в Нальчике. Фотографий сотни, друзей не мало... Какие кадры выбрать? Решила остановиться на последних событиях и встречах. С Днем победы, Абхазия ! Мира, счастья и благополучия !!! Сухум 004

Сухум 2010 г. У памятника Б. Шинкубы.

P1200022
На свадьбе сына Гены Аламиа Нарта. Сухум, март 2013 г.

IMG_9727Ансамбль "Гунда" в Нальчике. ноябрь, 2012 год.

P1220049с Тимуром Дзидзария. Накануне двадцатилетия победы.  в Нальчике. 2013 год.

3f4b1458a2bde6ce2d28e75ac9669a52Школьники из Абхазии, к двадцатилетию освобождения родного города приехали в семьи кабардинцев, защищавших Гагры в 1992 году. ( КБР, 2013 год)
IMG_7426
Это тоже был прорыв (творческий). Сухум, выставка "Войлочный путь" (дизайнеры из Нальчике впервые выставляются в Абхазии) С Эльвирой Арсалия, Виталием Джения, Тимуром Дзидзария (герой Абхазии) , Асланом Абаевым ( Герой Абхазии) Ноябрь 2010 год.

IMG_3692 Выставка абхазских художников в Нальчике. апрель 2012 год. Художники, можно сказать, первыми  возобновили наши творческие связи )))

IMG_1337
2
с абхазамиИсторическая встреча: молодые поэты и литературоведы из Абхазии приехали в Нальчик. Дифа Габниа, Рада Цвижба, Алхас Капш, Бадра Авидзба, Абзагу Колбая. (Апрель 2014 год)

Последние рыцари Кавказа

Сегодня в национальном музее открывали выставку , посвященную 20-летию победы Абхазии в войне 1992-1993 г.г.
Это война была страшной, по жестокости, по потерям… Но я хочу не о войне сказать, а о тех, кто тогда был на фронте, уехав из мирного Нальчика. Хотя Нальчик, Кабардино-Балкария тогда бурлили, надвигалось время перемен…
Нашим добровольцам было и по 17, и по 25, были среди них и постарше. Вот уже двадцать лет прошло, а они друг друга не теряют, выходят вместе на праздники, приглашают друг друга на свадьбы своих детей…

В Союзе добровольцев такие разные, такие колоритные все. Сегодня примерно пятеро из них были в черкесках, многие в военном обмундировании, и все, у кого есть награды, надели их. Это правильно, они должны показать себя, прежде всего – своим детям. Чтобы те знали, каким мужеством обладают отцы.
Выставку готовили с весны.
Аслан Мирзоев, историк, участник боевых действий,  стал куратором выставки, боевые друзья собрали «фотоснимки, сделанные во время войны профессиональными журналистами и самими бойцами, карты, предметы из частных архивов ветеранов боевых действий. Представлена будет и такая воинская реликвия, как национальный черкесский флаг, установленный бойцами из кабардинской группы над зданием Совета Министров в ходе последнего штурма абхазской столицы в сентябре 1993 года. Присутствуют также и личные вещи бойцов из КБР. Среди них каска одного из них, пробитая осколком снаряда, который ранил ее хозяина, часы полевого командира Муаеда ШОРОВА, остановившиеся во время артобстрела, пробитое пулей удостоверение добровольца» (это я цитирую Гукемуха Ибрагима, написавшего для «Горянки» обзорный материал)
Сегодняшний день еще раз напомнил о том поколении восьмидесятых – сегодняшних сорокапятилетних мужчинах, которым пришлось воевать. И война их не ожесточила,  они смогли, вернувшись домой, растить детей, жить обычной жизнью… Я знаю истории многих, хотя редко с ними лично встречаюсь, чаще – наблюдаю на праздниках и в траурные дни. Было время, когда я на них обижалась. Просто потому, что они вернулись, а мой брат не вернулся с войны… Потом я стала старше своего старшего брата. Я поняла, что он навсегда останется двадцативосьмилетним, и будет мне сниться только молодым… И это было самое трудное. А сегодня я поняла, что мне помогает с этим справиться, а точнее – кто… Те, кто тогда ушел защищать Абхазию и вернулся живым.  Сегодня они - с сединой в волосах, со спокойным взглядом, твердой походкой... И в каждом из них...
...Скоро в Нальчике будет презентация фильма « Последние рыцари Кавказа». Он посвящен абхазским добровольцам…

FdyBX4CoPUY
VC5NbIb1OrU

В КБР поднимут культуру.

Культура в стране финансируется по остаточному принципу. на культуру всегда нет денег. Но не всегда. 

"На развитие культуры в КБР будет выделено более 5 млрд. рублей"

- так заявлен 28 декабря 2012

http://g-nalchik.ru/na-razvitie-kultury-v-kbr-budet-vydeleno-bolee-5-mlrd-rublej.html

....В программном периоде подлежат новому строительству 34 объекта культуры, в том числе 3 памятника. Предусмотрена  реконструкция  27 объектов. Требуют капитального и текущего ремонта 133 объекта культуры...

 комментирует вновь назначенный на должность министра культуры Руслан Борисович Фиров (руководящий этой сферой с 1992 года, с небольшими перерывами)  

«нынешний этап развития культуры республики выдвигает  целый комплекс новых задач, требующих серьезных дополнений и  корректировки сложившихся в предшествующий период приоритетов».

Время пошло, будем следить. думаю, почти все мы доживем до 2017 года. А значит - увидим новые дома культуры, новые памятники, отреставрированные объекты.  

Правда и предчувствия Адиле

Правда и предчувствия Адиле

У Адиле Аббас-оглы, единственной, кто во время сталинских репрессий выжил из семьи первого руководителя Абхазии Нестора Лакобы, была и остается особая миссия – рассказать правду о тех годах. Слушая слова этой удивительной женщины, передавая их, становишься частью зеркала, в котором отражается история ее семьи и история Абхазии. Спасибо Адиле за свет этой правды, лучами исходящей из ее голубых глаз…

Подарок актера

Год назад друг нашей семьи – заслуженный артист Абхазии Сырбей Сангулия подарил нам книгу воспоминаний «Моя Абхазия. Моя Судьба». Я стала одной из многочисленных читателей этого уникального издания, кто говорит, что прочитал книгу на одном дыхании. Написанная просто, доступно, она завораживает картинами жизни отдельных людей, семей Абхазии прошлого века, а затем окунает в водоворот судеб, исковерканных ничем незаслуженными репрессиями 30-х годов.

Адиле Аббас-оглы, которой сейчас 92 года, живет в родном городе Сухуме, в том же самом доме, в котором когда-то проживала ее семья.  В августе прошлого лета у его порога нас встретила дочь хозяйки Лейла. Сырбей Сангулия заранее договорился о встрече с Адиле Шахбасовной. Нам не только не отказали. В доме, где бывают высокие гости из Египта, Ирана, Франции, России, нас встретили как единственных за долгое время.

В предисловии к книге Адиле написано: «Это первая книга об Абхазии… драматическая история этой маленькой страны, особенности быта и нравов населяющих ее народов, яркие зарисовки старого Сухума, жизнь абхазской элиты середины 1930-х годов, политика Нестора Лакоба, его трагическая гибель, за которой последовал шквал политических репрессий 1937-1939 годов, попытки Л.П. Берия ассимилировать абхазский народ, растворить его в потоке переселенцев из Западной Грузии, наконец, грузино-абхазская война 1992-1993 годов как завершающий акт трагедии и следствие сталинско-бериевского произвола – обо всем этом написано в книге А.Ш. Аббас-оглы, которую можно с полным правом назвать энциклопедией абхазской жизни»

«Вы мне поверили…»

Сама Адиле Шахбасовна встречает нас на втором этаже - после недавней травмы ей трудно ходить, но она в суете, в волнении. Улыбка и первые слова: «Мои дорогие! Вы пришли! Пришли, потому что поверили мне, поверили тому, что я написала…» Оказывается, важно было не только выжить, пройдя через незаслуженное заточение в тюрьму, пытки, репрессий и десятки лет жизни в качестве «врага народа», но и доказать, что все рассказанное, написанное о тех годах – правда. Оказывается, ей не верили еще и потому, что невероятным был сам факт того, что Адиле выжила - ведь все остальные члены семьи Нестора Лакоба были уничтожены. Но она – живая, светящаяся, перед нами, незнакомыми ей людьми, говорит о самом важном для нее. И, наверное, не только для нее…

 Чтобы говорить правду вслух, нужно было еще освободиться от страха – липкого, гнетущего, преследующего дни и ночи, поселившегося, казалось бы, навсегда в сердце. Уже шли 80-е годы, когда одна из ее бывших сокамерниц, тоже выжившая, хотела выяснить о дальнейшей судьбе невестки Лакоба, и написала в Сухум. Адиле сказал: «Напишите ей, что я давно умерла!».. Нужно было время, чтобы собраться духом и выплеснуть все, что она видела и запомнила. И сделает она это для себя, и в память о Сарие, сестре мужа…

Встреча в доме тети Кати

Нестор Лакоба был женат на красавице Сарие, у них был сын Рауф. Мудростью Сарии восхищались так же, как и ее красотой. Образование она потом получила с помощью репетиторов и самостоятельного чтения. Аджарская девушка влюбилась и вышла замуж за лидера революционных крестьянских дружин Абхазии совсем юной – в 15 лет. В таком же возрасте была и Адиле, когда  ее со школьных занятий украл шурин Нестора Лакоба – Гамид.

 В Абхазию часто приезжал Сталин – ему нравилось, как его принимают в доме Нестора. Готовила для него сама Сария, а аджику доверяли делать тете Адиле – Катерине. В доме тети и увидела Сария маленькую Адиле. Позже она примет самое активное участие в судьбе брата, решившего жениться на голубоглазой белокурой персиянке. Дед Адиле – иранец по происхождению, а бабушка и мать – абхазки. Любовь Гамида к юной Диле, как ее ласково называли в доме,  была взаимной, только вот отец девушки был категорически против, чтобы ее, еще школьницу, выдавать замуж, и написал гневное письмо в Тбилиси. Адиле уже была женой Эмды (Гамида), молодые жили в доме Нестора и Сарии,  когда  разбираться в деталях приехал сам Лаврентия Берия. «У меня он вызвал страх и отвращение, - рассказывает Адиле Шахбасовна, - скользкий тип, настоящая змея!» «Змея» тогда не ужалила – тихо удалилась, чтобы позже всерьез взяться за всю семью…

Нестор Лакоба был знаком с Лаврентием Берия давно.

Еще до встречи с Адиле Шахбасовной я успела побывать в родном селе известного палача – оно совсем недалеко от Сухума, называется Мерхеули – утопающий в зелени, красивейший уголок. В Абхазии до сих пор ходит слух, что Берия был незаконнорожденным, молодую мать которого братья наспех выдали замуж… 

Сария

Находясь в гостях у Нестора, Сталин часто любовался Сарией, в которую, если верить тем же слухам, великий вождь был влюблен. И он же подзуживал Берию: «Смотри, Лакоба во всем превзошел тебя, и жена у него – красавица!» Мстительный Берия наверняка затаил тогда злобу на эту красивую семью.

До назначения Ягоды, Сталин не раз предлагал Лакобе возглавить НКВД. Предложения тот не принял, затем изо всех сил старался уберечь от репрессий свою республику, добивался отделения от Грузии.

  В декабре 1936 года Нестор Лакоба, вызванный в Тбилиси по делам, был настойчиво приглашен на семейный ужин в дом Берии и там же, за столом, отравлен. После смерти он будет объявлен «врагом народа»,  сталинский нарком уничтожит всю его семью – жену, мать, родственников и их детей…

Уничтожили всех четверых братьев Сарии. От всех добивались признаний в том, что Лакоба был предателем, готовившим покушение на Сталина. Чтобы добиться желаемого, на глазах Сарии пытали сына-подростка, она лишь просила терпеть ради доброго имени отца. Пытки и издевательства не вынудили ее  сломиться и оговорить мужа. А ведь Сария находилась в руках мучителей целых два года, и умерла на тридцать пятом году жизни в ортачальской тюрьме. Это было в 1939 году. Рауф, единственный сын Нестора и Сарии, будет расстрелян в самом начале войны, а с ним еще – трое мальчиков из рода Лакоба. Убийцы уничтожали род - чтобы некому было им мстить… Позднее, Генеральный прокурор СССР Р.А. Руденко скажет о Сарие: «Этой женщине надо воздвигнуть памятник!» Памятника еще нет, но создан общественный Фонд «Сария Лакоба», который этим занимается, и собирается снимать фильм. Память о Сарие жива во многом благодаря ее невестке Адиле. В Абхазии имя Сария встречается часто и каждая девочка знает, в чью честь  ее назвали родители…

«Напишите, что я умерла…»

Своего мужа Эмды Адиле видела в последний раз за тюремными решетками и он лишь успел ей сказать, чтобы она спасалась. Отец Адиле тоже был в тюрьме, и мать собрала ее в дорогу – в Москву, где Диля нашла приют в доме Анастасии Платоновны Зуевой, народной артистки СССР. С известной актрисой МХАТ Диля познакомилась в Сухуме, где Зуева отдыхала. В столице Родины, уже вычеркнувшей Адиле из списка любимых дочерей-строителей социализма, удалось провести больше полугода. Анастасия Платоновна скрывала Дилю то у себя, то у сестры на даче.  Актриса рисковала собой, скрывая сноху «предателя родины», но она была бесстрашна и жалела Адиле, которой едва исполнилось 18. Москва в то время кишела сексотами (так сокращенно называли секретных сотрудников – осведомителей НКВД). Один из них вычислил Адиле и обманом проник в дом Зуевой.  Явно грозил арест, и Диле пришлось вернуться Сухум, хотя мама ей писала, что и дома опасно…  

Адиле арестовали через два месяца – в феврале 39-го, и вскоре отправили в НКВД Грузии.  Она оказалась в одной камере с женщинами, уже измученными бесконечными допросами и пытками. Одна из них была невесткой жены Берия. Екатерина Гегечкори тоже выживет и позже напишет свои воспоминания. Только о дальнейшей судьбе своей юной сокамерницы ничего не узнает, хотя письмо-запрос в 1980-м году дойдет до директора Сухумского музея, знакомого с Адиле Шахбасовной, сотрудницей Сухумского госуниверситета. «Скажите ей, что я умерла…»  Нет, она выжила, но страх никуда не ушел, и для этого были основательные причины…

Немки, француженки, осетинки, грузинки…

Адиле и сейчас признается, что никакой надежды выжить у нее тогда не было. Перед глазами до сих пор ее мучители. Один из них, обвив вокруг своей руки длинные русые волосы Адиле, таскал ее по полу. «Пришла к нам Русалочкой, а сделаем из тебя Бабу-Ягу!» - кричали ей в лицо… В тумане ночных допросов и угроз она подписывает свое «признание», где цифрами были обозначены статьи: «шпионаж», «измена Родине», «антисоветские выступления»… А ведь временем действия совершения столь серьезных преступлений рассматривалось, когда Адиле было всего 14-15 лет!

Адиле потом узнала, что с ней на одном  этаже  в разных камерах держали Сарию и ее сына Рауфа. В тюрьме все знали: больше, чем от пыток, Сария страдала оттого, что сын здесь, рядом, но она не может ему ничем помочь. 

В мае 39-года Адиле переводят в Орточальскую тюрьму.

«В камере №1 нас было сорок человек самых разных национальностей,-  пишет в своей книге автор, - помню немку Эльвиру, француженку Юлию, австриячку Эльзу, осетинку Ольгу Пилиеву, грузинку Кето Кавтарадзе… Были также турчанки, русские, но в основном грузинки. Интересные были женщины, большинство – интеллигентные… В основном  мои сокамерницы были женами коммунистов, их мужья занимали большие должности и были искренне преданы советской власти. Теперь они тоже были арестованы…»

Такое совпадение удивительно, но вскоре в камеру №2 привезли Сарию, уже смертельно больную. О ее прибытии узнала вся тюрьма. Сокамерники  передавали Адиле, что Сария, узнав о нахождении здесь своей невестки, плакала: «Бедная Адиле, единственная дочь у родителей, что с ней станется, что ждет ее, загубили мы ей жизнь, а ведь она была наша любимица. Брат был с ней счастлив».

Адиле Шахбасовна рассказывает, что арестантки считали, что с ними произошла какая-то ужасная ошибка, и надеялись, что вскоре все станет известно, их отпустят. Но они быстро теряли свою надежду…  Сария, даже в беспамятстве, вслух говорила что «не может быть, чтобы Сталин поверил Берии…» 16 мая – это число Адиле помнит точно, скончалась Сария. В это же день узнали о том, что еще раньше расстреляли четверых ее братьев, среди них и муж Адиле. Ее собственная  жизнь продолжала висеть на волоске. После заточения в карцере возвращают в общую камеру, где она заболевает тифом. Тюремный врач хотел обстричь ей волосы, доходившие до колен, но передумал, сказав: «Пусть уж умирает со своими роскошными волосами», но чем мог, помогал больной. И когда она выжила, оказалась на тех же нарах, на которых ранее лежала умирающая Сария. Бывшая сокамерница Сарии, давшая клятву, что при первой возможности расскажет ее близким о ней, убедилась, что  Адиле – член этой семьи, и рассказала ей всю правду о последних днях Сарии, называя имена ее мучителей …

Адиле начала выздоравливать, но ее перебросили в НКВД на доследование, заточив в одиночную камеру, где от жары нечем было дышать.  

Сырые камеры и карцер уже подточили ее здоровье так, что следователь был доволен. По его словам, Адиле не пытали по одной простой причине – она была дочерью иностранного поданного. Такое странное «снисхождение» - пытать не пытают, но уничтожают разными методами.

Бессрочная ссылка

Адиле Шахбасовна, которая любит цитировать классиков русской литературы и знает множество стихотворений наизусть, с улыбкой рассказывает, что долго не могла понять жаргон уголовниц. «Одна из них как-то говорит: как только зеленый ковер пойдет, будем драпать! Что такое «зеленый ковер», что значит «драпать?» Мне отвечают: ну, когда первая трава появится, пустимся в бега. А вообще, уголовницы пользовались особыми привилегиями ни в одной стране такого не было. И они это очень ценили, и очень уважали Сталина. В тюрьме не щадили политических…»

В январе 1940 года Адиле Аббас-оглы в одном вагоне с уголовницами (от политических она отстала из-за болезни) отправили в ссылку. Прежде чем оказаться в Северном Казахстане, она побывала во множестве пересыльных тюрем. Поселок Бистюба, куда довезли осужденных, был местом, о котором говорили: оттуда живыми не возвращаются… в поселке из-за голода, холода и тяжелейших работ умирали и местные жители. Адиле, чей срок истекал через два года, грела надежда на освобождение. Тем более, что к ней через всю страну смогла пробраться мама. Правда, ей не разрешили долго оставаться с дочерью, а привезенных продуктов хватило всего на один вечер… Летом  41-го началась война,  политически осужденные узнали, что , что их ссылка объявлена бессрочной. «Из - за таких,  как вы, война и началась!» - сказал им комендант.

Побег

Адиле, замерзая в степи под снегом, грезила о солнечнем Сухуме – так хотелось солнца, тепла, моря… Все это она еще увидит, но для этого придется из ссылки бежать. Для спасения собственной жизни она не смогла бы решиться на такой шаг. Решилась ради детей. В богом забытом Бистюбе Адиле встретила и полюбила Ивана Василиади – инженера-механика, приехавшего в поселок к ссыльному отцу. Молодым разрешили пожениться. У Адиле и Ивана родились сын и дочь: Эдик появился в 42-м, спустя два года – дочь Лейла. Девочка вскоре заболела, медпункта в поселке не было и, хоть и дали разрешение на выезд в райцентр, там отказались лечить ребенка «врага народа». «Подумаешь, умрет один, родишь другого», - сказал ей начальник НКВД и выгнал из кабинета. Дети в таких условиях чудом выживали, но в три годика дочка упала и сломала и руку. Хотя семья уже жила в другом месте и там сердобольный врач был, помочь он не смог. Ребенок погибал на глазах. Вот тогда, на семейном совете, и было решено, что Иван остается на новом месте жительства, куда его специально перевели для преподавания в сельхозтехникуме, а Адиле с двумя детьми бежит на юг – домой. В Сухуме жили мама, дальние родственники и друзья. Хоть кто-то да поможет!

Простая истина

Рассказ о том, как тогда добирались до Абхазии, - отдельная невероятная история. Дело в том, что, рискуя и своей, и жизнью детей, Адиле пришлось спасать девушку-гречанку. В дороге мать с детьми выдавала себя солдатскую вдову, а свою случайную попутчицу просто прятала за чемоданами. Ни у нее, ни у семьи не было документов, а без них купить билет невозможно… В Москве Адиле еще раз встретилась со своей давней подругой – актрисой Зуевой.  Через всю Москву измученная дорогой и страхом Адиле ездила к Зуейвой для того, чтобы та отправила к родственникам в Северную Осетию гречанку.

Адиле Шахбасовна, заметив, что я удивляюсь тому, что она находила силы еще кому-то помогать, подчеркивает: «Да, я прошла через страшное, но мне на пути попадались настоящие люди! Они помогали мне выжить. И я делала то же самое. Разве человек не должен помогать человеку?!» Моя мудрая  собеседница конечно, права, только эту простую истину людям свойственно чаще забывать, чем помнить…

Любовь и радость

Адиле поселилась в родном городе, в единственной комнате матери (дом у нее давно забрали) на нелегальном положении, и с детьми еле выживала. Мать была уже не в состоянии помогать, а вернувшегося из ссылки мужа выслали из района (он был по национальности грек). Адиле панически боялась второй ссылки, как жена неблагонадежного.

Из всех трудных эпизодов этого периода один вспоминается ею с особым отвращением - когда пытались завербовать в шпионы. Дело в том, что она с детства говорила на турецком свободно. Уговорить ее не получалось и в дело шли угрозы. Припоминая, что она беглая ссыльная, а ее муж теперь в ссылке, в случае отказа грозили отлучить от детей, арестовать мать…  Безвыходное положение вынудило ее решиться на отчаянный шаг. Адиле поехала в Москву. Это было в 1951 году. На Любянке ее письменный рассказ обо всем прожитом дал результат – Адиле наконец разрешили жить в Абхазии…

Конечно, нынешний Сухум мало похож на тот, в котором родилась Адиле и прошло ее счастливое детство. Очень многих из родных и друзей уже нет в живых. Ей пришлось похоронить и мужа, и сына. Пришлось снова пройти через войну – грузино-абхазскую… Но любовь к жизни, людям,  родной Абхазии в сердце Адиле не знает границ. Ее радость и надежда – единственный внук…..

Прощаясь, она нам сказала: «В Абхазии все должно быть хорошо… Она этого заслуживает… У вас тоже обязательно все наладится. И вы будете счастливы, вот увидите…»

Зарина Канукова

Фото из семейного архива А. Аббас-оглы