?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Строить, делать ремонт, ломать старые постройки, чтобы на их месте возвести почти такие же… Лето мы, жители городов и сел Юга России, проводим почти одинаково. Те, кто уже на пенсии или ведет свое небольшое дело, могут распоряжаться своим временем легко – строят, потом немного отдыхают. Но даже те, у кого в году всего 28 вожделенных дней для полноценного отдыха, предпочитают потратить их на продолжение затянувшейся стройки или ремонт жилья. Стройка становится смыслом жизни многих. Два реальных случая из тысяч, пересказывая которые, мы меняем имена героев.
Руслан
В родном селе живет семья моего бывшего одноклассника Руслана (назовем его так). Недавно он перенес операцию на сердце. Руслан - отец двоих детей. Старший сын женат, Руслан - уже дедушка. Младший собирается жениться. Во дворе соседа очень много построек: два жилых дома, которые постоянно перестраиваются, летние кухни, сооружения для хранения, навесы… Половину из них Руслан возводил сам, два дома были сооружены еще его отцом. Ему, перенесшему серьезную операцию, врачи сказали не испытывать себя нагрузками, точнее запретили поднимать тяжести. А что еще было предписано, несложно догадаться – режим, хорошее питание и отдых, наверное. Только вот последнее соседу и не снилось, а о первом он, по всей видимости, не задумывается. Этим летом затеял стройку. Точнее, стройку в его дворе не заканчивали со времен деда. Во всяком случае, когда мы были маленькими (сейчас нам с Русланом по сорок пять лет), местом наших игр у них во дворе были фундаменты, горы песка и гравия. Сейчас там точно такая же картина. Что именно будут возводить или доводить до конца, можно не уточнять – не заканчивая одно, начнут строить что-то другое. Теперь это все для сыновей. Они, конечно, тоже участвуют в процессе, хорошие ребята. Наверное, отцу говорят, чтобы тот себя поберег. Но будет ли Руслан кого-то слушать? Сомневаюсь. Таким же был его отец, говорят, жил для детей, работал, не отдыхал… В этом мои односельчане, да и многие наши мужчины схожи. Но не каждому из них могу задать вопрос о счастье, а Руслану могу: мы с ним в школе читали одни и те же книги и часто задавались вопросом о смысле жизни. Его свадьба, рождение детей – все прошло перед глазами и с участием соседей. Мы не чужие ему люди, со мной он может говорить открыто. Я спросила его, как он себе представлял счастье, когда мы были юными. Руслан сказал, что мечтал стать водителем-дальнобойщиком. Я помнила о его детских планах, и для себя уточняю: стать водителем – это был путь к мечте. Не ради хороших денег он хотел сесть за руль, а чтобы быть в дороге, видеть новые места. Проще говоря, Руслан мечтал путешествовать, но даже в юные годы не мог сказать родителям, что просто не хочет сидеть на месте, и придумал перегонять фуры. Это занятие было понятным. Не мог же он сказать, к примеру: «Хочу увидеть мир!» У нас такими словами не разбрасываются. Но Руслану пришлось отказаться даже от этой, казалось бы, очень простой и понятной цели, потому что ему, крепкому «троешнику», пришлось поступать в вуз, так как об этом, оказалось, мечтал его отец. Высшее образование Руслан получил, правда, для этого родителям пришлось потратить немало денег – Руслану гранит науки не давался. И работу по специальности он не нашел. Так и остался в селе, в отчем доме, с дипломом юриста, помогая родителям по хозяйству, у которых были сад, огород и небольшая ферма.
Руслан женился рано, и за свои сорок лет два раза был в Анапе, ни разу не ездил в Приэльбрусье и только по описаниям знает Голубые озера. Он уже не мечтает о путешествиях, считает счастьем слышать смех внуков и не задумывается, сколько ему осталось жить. Точнее, признался мне, что с таким здоровьем не рассчитывает, что долго проживет, и хочет поскорее женить младшего сына. Почему сам таскает кирпичи? Так экономнее же…
Сыновья Руслана такие же молчаливые и внешне очень на него похожи. Хочет ли так рано жениться младший? Ему всего-то двадцать. «Это даже не обсуждается», - признается отец семейства. И я понимаю, что в этом доме все течет и ничего не меняется: за детей решают родители, мечты остаются невысказанными… Стройка как смысл жизни всех поколений поглощает силы, с трудом заработанные деньги и, главное, юные годы, время расцвета и увядания…
Римма
Римму я узнала в дороге. Как-то пришлось добираться из Нальчика в Москву на автобусе. Путешествие, скажу, не из самых приятных. И не потому, что транспорт был неисправен, наоборот, он был очень чистый и новый. Неприятной мне эта поездка показалась в основном из-за Риммы и ее подруг. Ехали мы, как обычно все рейсовые автобусы на этом маршруте, всю ночь. И за эту ночь мне и другим пассажирам с ближайших от водителя мест стали известны биография и все душевные переживания Риммы.
Водителей, местных мужчин, было двое. Римма с подругами тоже из местных. Как только мы тронулись в путь, она подсела на свободное место к водителю. Напарник его отдыхал на первом сиденье. Римма стала легко и непринужденно общаться с обоими мужчинами. Правда, те были не из разговорчивых и просто ради этикета поддерживали разговор. Женщина лет сорока или больше, с короткой стрижкой, среднего телосложения и очень словоохотливая, казалось, хочет продемонстрировать водителям-ровесникам то ли свое превосходство, то ли просто желает не скучно провести время в дороге. Рассказывала о своей семье, о муже, детях, свекрови. И о жизненной цели - достроить дом. Муж, по ее рассказам, не работал, сидел дома. Дети учились, свекровь жила с ними. Только она сама редко жила дома -  была в разъездах, возила товары, держала какие-то магазины, вела дела вместе с подругами, ссорилась с ними, находила новых, более надежных. И сейчас в пути с ней были две из них, которые норовили сменить ее на выгодном месте – впереди салона да еще рядом с водителями. Римма свою выгодную позицию не уступала. А мы, обреченные слушатели ее рассказов, все больше и больше узнавали подробностей о жизни женщины, возводящей двухэтажный дом в пригороде Нальчика.
«Я работаю для всех, если бы так не вкалывала, вся семья осталась бы голодной. Детей одеваю, на дорогу даю, сессии закрываю, на еду деньги даю. Они даже коммунальные не могут сами оплатить!» - говорила Римма, а мы все засыпали и просыпались под ее монотонный резкий голос. Описание ее нового дома было таким красочным, что в полудреме представлялись итальянская плитка в ее ванной, лестница с коваными перилами и львы в позолоте перед входом. Автобус останавливался, водители следили за чистотой в салоне, для чего всем раздали полиэтиленовые пакеты для мусора. Кажется, Римма с подругами достали бутылку спиртного, потому что послышался отказ одного из водителей: «Нет, вы что, мы же за рулем!» Наступил рассвет. Римма с подругами выглядели уже не так бодро, как вчера. И одна из них попросила, а потом потребовала остановить автобус. Водитель доходчиво объяснил, что кругом открытое поле и он останавливаться не будет. И до этого серьезные ребята, заезжая в Москву, на МКАДе объявили: «Оставайтесь все на местах, вещи будете собирать позже». Оскорбленная холодным отношением мужчин Римма уже не обращала внимания на их слова и, встав в проходе, стала переодеваться. Автобус чуть дернулся на скорости, и женщина упала. Она стала громко возмущаться, плакать, жаловаться. Потом начала кричать. «Вы меня чуть не убили!» - повторяла она, видимо, рассчитывая хоть на какое-то внимание. В какой-то момент нервы мужчин сдали. Один из них повернулся в сторону кричащей, и крепкие выражения на родном, доступном и Римме, и многим пассажирам, потоком вылились в салон. Также Римме припомнили ночное хвастовство: «Ты бы лучше дома сидела, тогда бы и муж нашел  работу. Надоела разговорами о своей стройке! Совестно за вас, потерявших стыд!» Так заехали мы в столицу страны: распившие бутылку спиртного дамы, нервные водители и счастливые оттого, что живыми преодолели путь остальные пассажиры.
Больше видеть Римму мне не доводилось, да и не хотелось бы…

 

Latest Month

April 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com